aif.ru counter
Римма Павлова 272

Помнить своих отцов нужно каждому

Статья из газеты: АиФ-Приморье № 47 20/11/2013

Известная адвокатесса рассказала «АиФ-Приморью» как поднимали народное хозяйство в 30-е годы, чем жили советские люди в тяжёлое для страны время и почему ей пришлось остаться в школе на второй год.

Эмма Любарская в домашнем кабинете
Эмма Любарская в домашнем кабинете © / Елена Ёркина / АиФ

Был у нас такой лозунг: «Нам здесь жить!» Лозунг ушёл, а мы остались. Живём. Живём, потому что любим наш край, потому что когда-то здесь обосновались наши отцы и деды: потому что «Они здесь жили!».

Приморье - земля в этом отношении уникальная. Мы - потомки людей героических. Приехать на край света в прошлом веке - само по себе героизм. Приехать и поднимать край, дикий, безбрежный - героизм вдвойне.

У каждой семьи здесь своя история. Есть своя история и у семьи Любарских. О ней сегодня рассказывает Эмма Любарская, председатель коллегии адвокатов имени В. Любарского.

«Уехать из кошмара»

Римма Павлова: - Эмма Антоновна, ваша семья приехала с Украины?

Эмма Любарская: - Да, и было это в тридцатые годы. Мы приехали с отцом, Антоном Блощаненко, он оправился по приказу партии.

- Наверное, с тяжелым сердцем отец покидал родное село?

- Я бы сказала, с истерзанным. Мой отец - уникальный человек. В те времена (а ему было 29 лет) он уже был агрономом, прекрасным хозяйственником, преданным делу партии коммунистом. Как коммунист, принимал участие в коллективизации и хлебозаготовках. О том, как это было, он писал в одном из своих писем другу - профессору, и из письма было ясно: при всей его преданности партии участвовать в том, что творилось в деревнях, для него было невыносимо.

- У вас сохранились эти письма?

- Да. Вот выдержки из одного: «Значительную тяжесть коллективизации вынес на своих плечах, на своей совести, на своём здоровье. А затем пошли в неокрепших колхозах ещё хлебозаготовки. Что такое дважды коллективизировать два района (20 00 хозяйств, 23 колхоза), вести хлебозаготовки, собирать деньги с села на индустриализацию, знаешь ли ты?.. Сёла голодали хуже, чем при немцах в 1941-44 годах, умирали сотнями и тысячами с голода на моих глазах. Шлихта из муки была только для детей и тех, кто выходил на работу. Удел тех, кто опух с голода, лежал дома - смерть. На мою долю достались Пустовиты -1050 дворов. Не стану рассказывать всё, скажу только, что в Пустовитах и Потоках через день 8-10 человек копали могилы-котлованы на 30-50 человек. Гробов не делали, а сваливали навалом и засыпали утром по нарядам за похлебку-шлихту. В Пустовитах так похоронили до 900 человек, в Потоках - до 1100. В мою задачу входила работа с людьми, обеспечивать обработку всех культур и посевов уже всех земель, уборки всего до колоска, также входило спасение от смерти детей, и кормить и следить за питанием работающих, за хоронением мёртвых. Ведь я был одним из тех, которые выполняя волю, как нам казалось партии, Сталина, оставили людей без хлеба, без скота и обрекли на голодную смерть во имя священной, как нам сказалось цели - социализма. Пусть я в этом селе не вёл коллективизации и заготовок, так другие делали это. И когда поступило предложение уехать из этого кошмара, я отправился как можно дальше, на Дальний Восток».

- На Дальнем Востоке легче не было…

- Легче в те времена нигде не было. Мы приехали в Приморье в 1934 году, отца сразу же поставили руководить сначала Нестеровской, а потом Суйфунской МТС (машинно-тракторными станциями). Это были первые МТС в Приморье. Представьте, как сложно было наладить работу без сбоев, каждый день выводить в поля трактора, ремонтировать их при практически полном отсутствии запчастей, собирать урожай - и всё это под дамокловым мечом контролирующих органов! Но отец был по сути своей созидатель, и эта работа была его. МТС, которую он возглавил, поднялась во весь рост. Правда, из-за своего неравнодушия один раз чуть не пострадал. Тогда даже самые современные сельскохозяйственные машины не могли убирать колоски без потерь. Отец же после Украины не мог смотреть даже на одно зёрнышко, потерянное по дороге. И изобрел машину, которая собирала колоски. На него написали донос. Обвинили в том, что он пренебрежительно относится к уже созданной советской технике! Мама не спала всю ночь, но тот, кто прочитал донос, оказался адекватным человеком. Потом отца перевели в Уссурийск. А вот наш дом в Нестеровке сохранился до сих пор. Мама сама его латала, смесью извести и навоза. Да-да! Так крепко взяло, что даже нынешние хозяева не жалуются.

Жили как все

- Мама у вас тоже не привыкла перед трудностями пасовать?

- С таким мужем, как мой отец, по-другому было нельзя. Представьте: когда отца перевели в Уссурийск и он отказался перевозить корову в город, она сама гнала её по дорогам двое суток, чтобы у нас с братьями было молоко.

- Позже ваш отец стал председателем Приморского крайисполкома…

- В самые сложные, военные годы. И опять он был ответственен за поставки, только теперь на фронт. Опять сумасшедшее напряжение. Давай, давай, давай! Фронту не откажешь. Ни в снарядах, ни в товарах, ни в продуктах. Но он справился. Мои старшие браться были призваны в армию. Уцелели. Не благодаря папе или его связям, просто повезло. Отец никогда не искал обходных путей ни для себя, ни для своих детей. Он верил в свое дело, но в тоже время был мудрым и честным человеком. Он болел за Родину всей душой, даже когда эта родина оставляла в душе кровавые раны.

- Любопытно, а как жили дети председателя Приморского крайисполкома?

- Жили, как все. Я носила юбку, перешитую из папиных брюк, братья во время войны служили в армии. В восьмом классе я влюбилась - и меня оставили на второй год в школе! Да-да, дочь руководящего работника. За неуспеваемость. И папа не замолвил ни пол-словечка. Более того, они с мамой решили, что я получила по заслугам и должна отвечать за свои поступки.

Чувствовали: это надо!

- Что это был за человек, из-за которого вы потеряли голову в восьмом классе?

- Это был человек, с которым я прожила всю жизнь и с которым мы любили друг друга всю жизнь. Владимир Владимирович Любарский.

- Вот так, рука об руку более сорока пяти лет? Вы в адвокатуру за ним пошли?

- Можно и так сказать. Наверное, адвокатом стала, потому что он был таким. Светской дамой, потому что наша жизнь требовала этого. Вообще жизнь требовала от нас многого, и мы с готовностью принимали почти всё. Жили в полную силу, дышали полной грудью. Работали, отдыхали, занимались общественной деятельностью - всё, как подсказывало сердце, потому что чувствовали: это надо!

- А сейчас всё по-другому?

- Сегодняшняя наша молодежь прекрасна и талантлива. Но бывает, что свои таланты направляет не в то русло.

Досье

Эмма Любарская (в девичестве - Блощаненко) родилась в 1929 г. на Украине, в селе Емчиха Мироновского района. В середине 1940-х гг. во Владивостоке Эмма Блощаненко познакомилась с Владимиром Любарским. В 1951 г. Владимир и Эмма поженились, у них родился сын Борис и позже дочка Лена. Сейчас у Эммы Любарской внуки и двое правнуков.



Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Оставить свой комментарий
Газета Газета

Актуальные вопросы

  1. Что предлагает репертуар кинофестиваля «Меридианы Тихого»?
  2. Где в Приморье получить бесплатную прививку от гриппа?
  3. Почему в роддоме рассказывают о безопасности на дороге?
  4. Законно ли существовать за счет грантов?
  5. Приморье останется без китайских яблок и персиков?
  6. За что задержан экс-глава похоронной конторы во Владивостоке?
Самое интересное в регионах
Роскачество